Из письма приятелю

Я рад, что какие-то мои размышления находят резонанс в вашем опыте. Мы, действительно, живем в большом мире, и замыкание себя в одной религии или традиции, когда все другие пути видятся лишь изнутри этой традиции, выглядит сегодня как недопустимая узость. Другая крайность — это поверхностная причастность ко всем традициям, когда человек на деле не принадлежит ни к одной. Как же быть?

Читать далее

Откуда бьет луч надежды

Переписка с Сергеем Родыгиным июнь 2015 г.

24 июня 2015 г., в 2:55, Serge написал:

http://svpressa.ru/roundtable/sptv/124826S

Sounds familiar?

On Jun 24, 2015, at 3:04 AM, Arkady wrote:

Косноязычие, косномыслие, терминологическая тарабарщина и общая мещанская основа рассуждений делают этот материал абсолютно неприемлемым. Главная идея — использование власть имущими оккультных приемов в целях порабощения человека — стара и бедна. Оккультизм — это, по сути, не что иное, как область привлечения высших сил в нашу трехмерную реальность, и в этом суть религии и искусства. У этой дамы нет ничего, кроме оккультного марксизма, то есть полного игнорирования того, что выше экономики человеческих проявлений и взаимодействий, и — плоских рассуждений о человеческой душе. Наша с вами задача: дать грамотную трактовку этой проблематики. Не так ли?

Отправлено с iPad

Читать далее

Письмо Александра Бабушкина Вадиму Потию

Вадик, привет.

Какая-то неразбериха вокруг, буфонада, бессмыслица, круговерть, все вокруг захвачены каким-то устремлением, но невнятным. Знакомых нет или почти нет.

Большая связка воздушных шариков, ветер, веревочки, на которых держатся шарики, перепутаны.

Девочка, я ей распутываю веревочку от ее шарика, лица ее не помню.

Девочка держится за кончик веревочки снизу, за ту же веревочку держусь я и ты.

Шарик и вся наша компания стали подниматься, это абсолютно точно, я знаю этот вкус. Поднимаемся как-то само-собой. Сначала нечто вроде недоумения, недолго и слегка, потом ты говоришь: «Саня, давай еще».

Поднимаемся еще, не быстро, непонятно как держимся и не отцепляемся от веревочки. Вокруг всё серое, солнышка нет, просто серый день или вечер, вокруг один серый цвет.

Девочка не удивлена, просто держит в руке веревочку и поднимается вместе с нами.

Уже поднялись изрядно. Я знаю этот вкус и кайфую от него, но становится тревожно за девочку — всё же уже высоко, хотя ориентиров высоты нет — не видно ни земли, ни зданий вокруг, а так, что-то меняется, а что не так и важно, вообще не важно. Главное этот вкус подъема.

Немного погодя, ты говоришь: «Саня, хватит, давай обратно».

Спускаемся. На земле, стоя на земле, мы наконец отдаем шарик девочке, она спокойна и не удивлена.

Всё вокруг не имеет значения, да и было ли что-то вокруг? Ты где-то тут же, но не отчетливо.  Детали полета полустерты, да и не было их, честно говоря, не было картинки, лишь веревочка и наша компания. И непередаваемое ощущение чего-то, ощущение, которое не проходит, и не хочу, чтобы оно прошло.

Я проснулся, было уже не рано, младшая дочь пару часов назад уехала.
Зазвонил телефон, это с работы, пора.

9 декабря 2014, 10 час. 12 мин.

Вадик, это было со мной и тобой только что, правда.
Такие дела.
Саша

Переписка о современном искусстве

Аркадий Ровнер и Сергей Родыгин
toronto

Сергей, приветствую. Вот некоторые мысли для обдумывания и обсуждения.

Когда-то просвещенные князья окружали себя скульпторами, поэтами и музыкантами, которым они заказывали произведения высокого искусства. Сегодня вкусы невежественных масс, представленные политиками и коммерсантами, диктуют художественные запросы, которым следуют конформные поэты и художники. Другие заказчики – другая музыка. Создана структура, регулирующая распределение спроса и предложения на те или иные произведения искусства, на тех или иных художников, в виде отделов культуры, библиотек, магазинов, клубов, журналов, издательств, музеев и т.д., одной из важнейших функций которых является не пропустить ничего настоящего. Массам предлагается только то, что разлагается и смердит, а также специально отобранная классика, давно утратившая свою живительную силу. В случае сопротивления безраздельному диктату образцов массового искусства художников ждет замалчивание и непризнание их творчества. В случае принятия этих образцов её вырождение и творческая смерть.

Раньше восточные и западные сообщества имели внутри себя обладавшие средствами и властью просвещенные круги, заказывавшие художникам качественное искусство. Сегодня заказывает непросвещенная масса, причем она делает это через коммерческие и политические структуры, движимые соображениями выгоды и укрепления власти. Чтобы быть успешными, конъюнктурным художникам предлагается угадывать тренд, а экспертам — давать регулирующим структурам подсказку, что заказывать и что покупать.

В прошлом художник находился в конкретном традиционном пространстве, например, христианском или буддистском, сегодня же диапазон приемлемых художественных идей и средств значительно расширен, ибо рынок расширен в принципе до глобальных размеров. На глобальном рынке искусств господствуют релятивизм и безвкусица. Что мы можем в этих условиях делать?

В обстановке множественности метафизик нам с вами как художникам не на что опереться. Нет общей единой метафизики — мы опираемся то на одно, то на другое. Выйти из кризиса можно лишь опираясь на единую метафизику, то есть, воссоздав условия европейского или буддистского Средневековья. Прежде всего, воссоздав их в отдельно взятом художнике, а это едва ли возможно.

Единая метафизика будущего сегодня находится в процессе гадания и поиска, а класс просвещенных князей-заказчиков качественного искусства не думает рождаться. Очень редко и большей частью случайно у нас с вами появляются нормальные заказчики и издатели.

В лучшем случае мы получаем мелкие заказы и ничтожное или никакое вознаграждение. Чаще всего мы сами играем роль гадателей, художников, экспертов и своих собственных заказчиков – многовато для одного человека.

Будет ли когда-нибудь воссоздана иерархическая структура общества на основе новой синкретической метафизики, которая вберет в себя все многообразие классических метафизик? Я склонен думать, что все это возможно. А пока нужно четко формулировать наши понятия, чтобы для тех, кто ищет ясности, эта ясность не была недоступна.

Читать далее…

У газетного ларечка

В новом разделе переписка опубликована корреспонденция Аркадия и Валентина Никитина.

Дорогой Аркадий!

На твоем сайте с удовольствием прочел твои стихи…
Но на одном четверостишии «споткнулся»:

«У цветочного ларечка
поджидала мама дочку,
не дождавшись родила
двойню – крысу и орла».

Б-р-рр!..

Читать далее…