Вспоминая прочитанное

Я дочитал и перечитал текст Гочи Гвасалия и несколько дней нахожусь в вихревом облаке его мыслей. Облако это полно грозовых разрядов. Человек огромного философского дарования и при этом чуткий традиционалист, одинакова внимательный к реалиям Востока и Запада, человек широчайшей мысли и тончайших умозрений, поставил задачу ввести философскую мысль в пространство современных проблем и поставить вопросы, которые давно должны были быть поставлены. Кстати, обратили ли вы внимание на то, каким мощным русским языком он владеет, корявым, диким, великолепным!

Читать далее

Гоча Гвасалиа «Голем последних времён»

1268434_464006887046677_1486876919_o

(Пятая глава Рока Териона)

  1. Also will es die Art edler Seelen: sie wollen Nichts umsonsthaben, am wenigsten das Leben.

Wer vom Pöbel ist, der will umsonst leben;  wir Anderen aber, denen das Leben sich gab, — wir sinnen immer  darüber, was  wir am besten dagegen geben!

  1. Стало быть, стремится к этому образ душ благородных: они ничего не хотят иметьдаром, меньше всего жизнь.

Кто из толпы, тот алкает  даровой жизни; однако мы иные, кому жизнь дана, — мы непрестанно думаем над этим, чего лучшего мы могли бы  дать взамен её!

  1. Wir bluten Alle an geheimen Opfertischen, wir brennen und braten Alle  zu  Ehren  alter Götzenbilder.
  2. Все мы жертвуем кровью на потаённых алтарях, все мы пожираемся огнём и терзаемся для почитания древних идолов.

Friedrich Nietzsche Von alten und neuen Tafeln. Also sprach Zarathustra.                     Фридрих Ницше О ветхих и новых скрижалях. Так говорил Заратустра.

 

Из глубин подземелья извлёк я эти мысли. Мало будет, если эпиграфом этому сочинению будет предшествовать выражение – Extractum ex infernis (Извлечено из преисподней).  Преисподняя всего лишь часть подземелья. Это весьма важно знать. И в подземелии я нашёл иную Майю, более злохитрую, и ужаснулся. Адова Майя выше земной Майи, однако они взаимно вплетены чудным образом.  Я вынес то, от чего другие бы тронулись в уме. Я видел исконную червонную черноту Творения и выдержав её присутствие, внимал её гласу. Это пречистая чернота Бога, священная тьма Божья. Неважно знать её сокровенные имена. Неважно допытываться до её утаённых имён. Только знание этих имён не одаривает мудростью. Важна мысль, рождённая от её безмятежного созерцания и причащения к ней. Прочитавши нижеследующее, читатель ужаснётся, ибо доселе не было изречено среди смертных подобное слово. Это сочинение и есть свидетельство подземелья, пречистых рдеющих и златослепящих хлябей страдалицы Земли.  Прочитавши этот труд, человек не захочет сомкнуть глаза. А если сомкнёт, не захочет больше их открывать. Для слабых сердец нет несчастья. Искать небо в подземелии и подземелье посреди небесного свода есть печаль, в полной мере соответствующая лику Майи. Не о бесплотных тварей и их мерцающих мирах здесь пойдёт речь, а о человеке, сотворённом из праха.

Читать далее