Аркадий Ровнер «Искусство как путь»

Писателя можно сравнить с человеком, переходя­щим поле. У него двойная задача: перейти самому и оставить путеводные знаки. Есть три возможности для искусства: искусство как путь, искусство как остановка в пути, и третья — искусство как перейденное поле. При этом искусство всегда несет в себе знание других изме­рений, то есть метафизику, иначе его просто нет, при­мер чему современное «массовое искусство» — дегра­дировавшее ремесло.

Читать далее

Аркадий Ровнер «Апология культуры»

Статья Юрия Мальцева «Симуляция культуры», блестящая по ясности и энергии, выполнила только негативную задачу, выразив накопившееся недоумение. Автор оказался тем самым андерсеновским искренним человеком, который не принял правил неправды и назвал вещи своими именами: подделку культуры подделкой, а симуляцию симуляцией, разъяснив то, что, казалось бы, лежит на поверхности. Действительно, можно ли так беспечно оперировать критерием качества, ставя его выше водораздела истины и лжи, какой бы последняя ни была изощренной и правдоподобной. Ведь качество произведения искусства зависит от эстетики, а эстетика коренится в духовно-философских основаниях. В конечно счете вопрос сводится к этим основаниям, стоящим за культурой; они и отличают подлинную культуру от суррогата, как бы он ни старался пролезть в ранг культуры.

Читать далее

Беседа с писателем Аркадием Ровнером

 

‒ …Я не знаю. Может быть, начать с того наш разговор, что существует острая экологи­ческая проблема, именно экологическая: творческий человек вымирает сегодня… И как Сервантес жаловался несколько веков тому назад, что вымирают рыцари, что уже  не осталось рыцарей, вот так я хочу пожаловаться, что ход событий нашего общества, развитие нашей цивили­зации приводит к тому, что остается все меньше и меньше людей, связанных с духовной доминантой. Люди связаны все больше и больше с социальным миром, с социальными учреждениями и с всевозможными социокультурными средами.

Читать далее

Аркадий Ровнер «Россия – мир, но перевернутый»

Аркадий Ровнер – писатель-диссидент, покинувший Россию в семидесятые годы, автор многих книг, вышедших у нас и в Соединенных Штатах, издатель, философ. Основал и возглавил в Нью-Йорке издательство «Гнозис». Преподает в американских университетах религию и мистику. В статье, написанной специально для «Голоса», он размышляет о проблемах современного общества и, в частности, о роли прессы в жизни России и Запада. Взгляд его на историю, общество и человека весьма своеобразен. На прессу – просто нелицеприятен. Но тут есть над чем задуматься. Читать далее

Интервью Виктора Ерофеева

Наши гости – писатель, создатель Института культуры состояний Аркадий Ровнер, сотрудник журнала «Наука и религия» Сергей Москалев и игумен отец Тимофей Подобедов. Кстати говоря, отец Тимофей крестил мою маленькую дочку где-то почти год назад.

Тема нашей передачи – «Мистика». Сегодня мы поговорим с вами о том, какое значение в жизни может играть мистика и имеет ли она серьезное значение в нашей жизни, чем сегодняшний век отличается от других веков по состоянию нашего знакомства, по состоянию нашей любви к мистике и должен ли христианин интересоваться мистическими вопросами. Вот почему отец Тимофей тоже с нами вместе в студии.

Читать далее

интервью «Где твой дом, «путник на мосту»?»

                                                                                             

…Человек ровесник миру
В то же время с ним рожден
Ходит с палкой по Памиру
Удручен и поражен.
Где же, где же? он бормочет                                                                                        Где найду я сон и дом
или дождь меня замочит
Кем я создан? кем ведом?..

Александр Введенский

 

Аркадий Борисович, что стало началом вашей личной внутренней биографии, что помогло Вам обрести ваш первый сверхсмысл?

Когда мне было шестнадцать, в фойе Тбилисской публичной библиотеки ко мне подошел человек, как оказалось философ, поэт, музыкант Степан Ананьев, который был моим первым наставником. Еще через шесть лет, в начале 60-х, у меня произошла вторая значимая встреча – с Владимиром Степановым (сейчас он живет в Голландии). Его имя хорошо знакомо всем, кто интересуется истоками живого российского мистицизма, он создатель проекта «Корабль дураков» – плавучей платформы, которая бороздит воды и бросает якорь в разных странах, чтобы будоражить статичное.

Читать далее

Анастасия Гостева “Третья культура” как метод самоутраты

Есть три формы культуры: мирская культура, или простое накопление информации, религиозная культура, смысл которой заключается в исполнении определённых установлений, и культура избранных — саморазвитие.

Худжвири, суфийский Мастер

Существуют поступки, которые нужно совершить для того, чтобы потом, иногда много позже, понять — зачем. Дать им совершиться посредством тебя. Попустить. Существуют книги, которым нужно позволить быть прочитанными в первый раз не умом, пропускающим содержание через шлюзы и фильтры интеллектуальных перцепторов, автоматически отсеивающих неидентифицируемое и странное (или страшное, как всё Иное), а всем телом, на уровне состояний. И если это происходит, если случается где-то в недрах тебя алхимическая реакция синтеза, попавшего и имевшегося, то позже, как эхо подземных толчков, приходят понимание и рефлексия, идеи облекаются вербальной плотью, но уже совершенно иного качества (или — точнее — Иного?).

Читать далее

Интервью с Аркадием Ровнером

Недавно вышла Ваша книга «Гурджиев и Успенский». Какое влияние оказали на Вас идеи этих двух людей?

Я должник этих двух людей, ко­торые дали мне очень много, и эта книга ‒ некий заплаченный долг, ра­зумеется, не весь долг, я должен им намного больше. Мне было года 23, когда на каком-то философском семинаре, где я выступал, ко мне по­дошел человек, заинтересовавшийся моим выступлением, и представился моим учеником. Через два дня я уви­дел, что, на самом деле, я его ученик, что он знает намного больше меня, хотя младше меня на год. Благодаря этому человеку я вошел в систему идей и практики четвертого пути. С тех пор и здесь, и за рубежом я свя­зан с людьми, являющимися после­дователями Гурджиева или Успенско­го, или их обоих. Но сейчас я не пос­ледователь Гурджиева или Успенского, хотя эти люди оказали на меня сильное влияние. Я самостоятельный человек, самостоятельный в делах, связанных в этом мире, делах, связанных с писательством и с людьми.

Читать далее

«Преодоление»

Интервью с Михаилом Умновым

В движениях Аркадия Ровнера, в посадке головы дышит вольная заморская разметка – что-то стремительное и чуть растерянное, как на вокзале; его слова подобраны родовыми горошинами – выдается лекторский навык (преподаватель богословия в нью-йоркском университете); смысловые бусы поражают и, видимо, чуть пугают зал, но вскоре вовлекают в живую беседу – каждый ищет словесный эквивалент тому, о чем, может быть, всегда догадывался, тому, что всегда жило с ним, хоть и чаще всего незримо, вполголоса, в пазушном пространстве, в то время как все другое занимал бездарный лозунг или мертвый истукан. “Что такое истинное искусство? Истинная литература? Истина? Русский путь этой традиции…”

Читать далее

Марк Ляндо «Книга странника»

…Это ощущение маргинальности…

Арк. Ровнер

“В этот час… даже у самых нечувствительных людей устанавливается какая-то хрупкая связь с тайным и забытым в себе ребенком…и…приходит долгожданная помощь” (“Привратник”). Может быть, об этой спасительной связи и о многом другом эта “странническая книга”. Ее герои странствуют в мирах физических и трансфизических, общественных и личных ‒ между двумя “Гадесами”, здешним и заатлантическим.

Читать далее