Татьяна Русакова БУБНЯЩИЕ ГОЛОВЫ

Мы шли по парку. Наверное, это был парк. Или сад камней. Над головой – купол синего и равнодушно-отрешенного неба. Небо было везде. Удивительно, но почему-то оно казалось выгнутым в обратную сторону. Как чаша, синее дно которой нависает над равниной, а белесые края уходят в бесконечность.  Эти края каким-то образом соприкасаются с домами, стоящими по периметру бесконечного парка-сада и сливаются с ними. Дома, выхватываемые краем глаза и ненавязчиво сопровождающие нас в этой странной прогулке, создавали ощущение зыбкости,  добавляя в нереальное пространство между дном неба-чаши и идеально ровной долины парка-сада привкуса потусторонности. Под ногами мягко пружинило покрытие, из-за чего шагов практически не было слышно. Дорожки для терренкура аккуратно обрамляли идеально выкрашенные в белый цвет поребрики. Эти же поребрики служили своего рода рамками для зеленых газонов. Вечно зеленых. По крайней мере, так мне показалось. Было ощущение присутствия других посетителей парка, но в поле зрения попадали только большие серые головы.

Кстати, о головах. Они были главным и, похоже, единственным украшением парка. Ни лавочек. Ни фонарей. Только головы – каждая на своем газоне. У одних голов газоны были большие и сложной конфигурации, другие возвышались на газонах поменьше. Головы смотрели в разные стороны, не создавая никаких парковых ансамблей или случайных композиций. Было совершенно понятно, что зеленый газон, на котором стоит конкретная голова, — это её газон.

Мы шли молча, не обмениваясь даже взглядами. Я знала, что он рядом, чуть позади. И что у него те же мысли, что и у меня. Взгляд упал на ближайшую скульптурную голову, которую мы начали обходить, следуя траектории дорожки. Огромная, почти с меня размером, голова удобно разместилась на плечах, уходящих в землю. Каменной и холодной она казалась издали. Вблизи же стало видно, что она покрыта чем-то, напоминающим человеческую кожу.  Только асфальтово-серого цвета. И теплая. Это было понятно и так, без касания. К тому же газон её тщательно охранял своим ядовито-зеленым цветом.  И желание потрогать прошло само собой.

Безволосая с ровной серой кожей голова стала видна в профиль. Выражение лица Будды – спокойное и, как небо, отрешенное. Но черты … То ли показалось, то ли … Экорше – первая мысль. Вторая: это портрет реального человека. Третья: она живая! Удивление длилось очень недолго, практически несколько шагов. Голова не представляла опасности – ни рук, ни ног у нее не было.  Поэтому прогулка вдоль периметра газона была продолжена. Следующий взгляд, брошенный на голову, выхватил новый факт – Голова говорила. Звук, который сопровождал нас всю дорогу, исходил в том числе и из рта этой Головы. Я отчетливо услышала тихий монотонный голос, членораздельно вещающий какую-то мысль. Прислушалась – где-то эти слова уже звучали. Речь, произносимая Головой, не нова. Она была в моей памяти, я её узнавала и могла даже предвидеть, что Голова скажет в следующей фразе. Глядя прямо перед собой, без мимики, только слегка раздвигая губы, Голова, не обращая внимания на нас, спокойно продолжала свой бесконечный монолог. По мере нашего удаления голос Головы стихал. Ей не нужны были ни зрители, ни слушатели. У неё был свой газон. Симбиоз головы и газона создавал ощущение отдельного самодостаточного мирка. И только непонятное едва слышное  жужжание продолжало нас сопровождать.

Мы приблизились к хозяйке соседнего такого же зеленого газона. Она тоже монотонно бубнила свою речь. Эта Голова также, как и предыдущая, удобно покоилась на плечах, уходящих в землю. Возвышаясь  над газоном, она равнодушно смотрела перед собой и продолжала свою речь, не обращая внимания ни на посетителей, ни на соседей по газонам.

Странные «жители» парка  были мертвы, но продолжали «жить» своими монологами. Всмотревшись в черты ближайших Голов, я пережила яркое ощущение дежа-вю – я видела этих людей, я знаю, о чем они говорят, я помню их речи! Политики? Писатели? Известные деятели? Ныне живущие? Ушедшие? Не могу сказать, но точно знаю – я их видела и слышала, я знаю, что они вещают.

Говорящие мертвые Головы не слышат друг друга, не видят живых людей… Они изначально не были, но стали вечными. Или почти вечными – некоторые бубнили очень тихо, почти потухшим голосом. И монотонное жужжание какого-то подземного источника питания объединяло этот хор разрозненных монологов, создавая иллюзорную реальность мысли.

Что это? Посмертная слава? Вечно живые идеи?  Я тоже стану такой же бубнящей  Головой? Или есть другая реальность? Какая?

4 thoughts on “Татьяна Русакова БУБНЯЩИЕ ГОЛОВЫ

  1. Это что, сон?
    Так подробно расписать может только пишущая женщина.
    Не будем требовать от сна большого смысла.
    А верно истолковать свой сон с пользой для себя может только сам сновидец.

  2. Я был поражен убедительностью пережитого автором впечатления. Было ощущение, что это не совсем сон или вовсе не сон, что автор побывал в парке с говорящими Головами, непонятной силой брошенный туда. И это болезненное мучительное переживание корней в земле — от самой шеи. И вопросы: кто и как породил эти Головы и для какой цели? Не таково ли наше будущее — синтез растения, животного, человека и сверхчеловека?

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s